Зависимый Иркутск

Куда пойти алкоголику в пятницу вечером, чтобы не напиться?

13.12.2017 в 10:28, просмотров: 2946

В Иркутске открылся клуб для зависимых и созависимых – единый для всех. Это общее пространство, куда может прийти каждый – будь он алкоголик, или наркоман, или жена наркомана, или ребенок алкоголика. Мы побывали на торжественном заседании Клуба трезвости при АНО «Байкальский центр поддержки трезвости» – местной франшизе известного содружества АА, анонимных алкоголиков. Повод собраться был внутренним, «ведомственным». Но тем интереснее, ведь кроме иркутян приехали иногородние зависимые – представители нескольких дружественных организаций по борьбе с физиологическими зависимостями. Мы узнали много нового об особенностях отечественного алкоголизма – кто, где и как пьёт…

Зависимый Иркутск

Второй источник

Представители областных и городских властей прибыть не смогли. Но от мэрии прислали поздравительное письмо, из «Серого дома» с поздравлениями телефонировали. Зато – «все флаги в гости будут к нам». Ну, почти все – приехали коллеги по АА из Бишкека и Улан-Удэ, иркутские «соседи» из ОГКУ «Реабилитационный центр наркозависимых «Воля» (филиал «Искра») и волонтёр Барбара – одновременно представитель иркутской католической церкви и дружественной Польши. Собрались в чайном зале подвала жилого дома по адресу Постышева, 5, где анонимные алкоголики обитают уже не первый год.

Сначала это была отдельная группа АА, арендовавшая одно из помещений подвала. Потом содружество разрослось, и сейчас еженедельно Центр трезвости посещают порядка двухсот человек. Открытием для стороннего наблюдателя стало то, что из семи групп, делящих подвал между собой, собственно АА всего три – «Ангара», существующая уже 26 лет, «Открытая тайна» и «Альтернатива». Кроме них здесь обитают анонимные наркоманы в группе «Бульвар». Вторая половина групп – это именно «вторые половины»: здесь находят психологическую поддержку члены семей алкоголиков, так называемое движение «Ал-Анон». Это группы ВДА (взрослые дети алкоголиков), жёны алкоголиков и так называемые Coda (codepended anonimos), «созависимые от людей» – женщины, которые сложно уживаются в коллективе, зависят от чужого мнения.

– Наши жёны живут нашими жизнями, если проанализировать их поступки, окажется, что они тоже «не трезвые», они тоже больны, – объясняет один из алкогольных анонимов. – Знаете, как мамочки приводят сына-наркомана и говорят: «Мы колемся три года». Некоторые женщины просто запрограммированы: у них был отец-алкоголик, первый муж-алкоголик, муж умрёт – она снова за алкоголика выходит замуж. У меня друга привела жена в «Перекрёсток семи дорог», сдала с рук на руки и говорит: «Всё, я для него что могла сделала, теперь это ваша проблема, я пошла». А ей говорят: «Ну, подождём, когда вы следующего мужа-алкоголика приведёте».

Вот от этой кармы в «Ал-Анон» учат избавляться. Чтобы женщина умела создать такие условия, когда пьющий человек поставлен перед выбором – или уходить из семьи, или идти на терапию в АА.

Ещё недавно АА занимали одно, потом два помещения подвала – но только для занятий в группах. Но скоро зависимые, желающие стать независимыми, взяли в аренду весь подвал, что и дало возможность открыть постоянно действующий Клуб трезвости – появился чайный зал. Поздравления – с чаем, печенюшками и домашним пирогом с капустой – проходили в тёплой дружественной обстановке. Для создания такой обстановки отказались от формального «фирменного» приветствия «Здравствуйте, меня зовут Вася, и я алкоголик». Зато самой расхожей шуткой было: «Угощайтесь. Извините – у нас не «наливают».

– Понимаете, зависимые ходили только в свои группы – два раза в неделю по полтора часа. А в постоянно действующий клуб может прийти кто угодно и когда угодно – ежедневно с часу дня до десяти вечера, – объясняет смысл новоселья и торжества бессменный лидер иркутских АА Сергей Солдатов. – Основная проблема алкоголиков в том, что они постоянно находятся среди собутыльников. Их нужно вырвать из этого круга общения – а куда им бежать? Теперь они могут приходить к нам, посидеть, попить чай, пообщаться с людьми, узнать, как они решают проблему своей зависимости. И только тогда идти на терапию в группу.

Сергей Солдатов дает интервью телевидению и газетам, рассказывая о том, как работают группы анонимных алкоголиков. Они существуют в области уже 20 лет.

Путь алкоголика, стремящегося к выздоровлению, расписан по шагам. Сначала он попадает на детоксикацию в психоневрологический диспансер. Оттуда его передают в реабилитационные центры, где проходят комплексную психотерапию в адаптационный период. А уже из реабилитационных центров приходят в группы поддержки АА. Раньше реабилитационные центры были источником новых «кадров» для Центра поддержки трезвости. Клуб должен стать вторым таким источником.

Пьют одинаково, разные только интерьеры

Сергей – не Солдатов, а гость – много лет прожил в Киргизии, недавно переехал в Иркутск.

– Вы – член клуба АА?

– Это не клуб, это содружество. Свой последний стакан я выпил 12 января 2000 года, после бурного Нового года попал в наркологию на детокс. Там мне рассказали про АА – не навязывали, предложили просто прийти и послушать.

– С тех пор, уже семнадцать лет, вы постоянно находитесь в системе АА?

– Система бывает уголовная. Это – содружество. – настаивает Сергей, – Да, был в группах поддержки в Бишкеке, теперь буду ходить сюда.

О национальных особенностях стран – бывших союзных республик Сергей рассказывает, что отличия минимальные: в Киргизии и Казахстане у людей по-прежнему остаётся советский менталитет.

– Нет особенностей: пьют, когда хорошо, пьют, когда плохо…

В среднеазиатских республиках меньше подвержены алкогольной зависимости те, кто исторически исповедует ислам – узбеки, таджики, уйгуры, дунганы… А у киргизов, например, всё – «той», то есть праздник по любому поводу. Ребёнок родился – той, ребёнок пошёл – той, ребёнок пошёл в школу – той, ребёнок закончил институт – снова той. И так – до похорон, которые, конечно, не «той», но тоже большое многодневное мероприятие.

– Там это обычное дело. Собираются «эйджешки» после работы на рынке, закрываются в «комках», и у них «той», сидят, разговаривают, выпивают, – вспоминает Сергей. – Или на большом базаре – холодно, все время от времени «разогреваются».

«Эйджешки» – так называют взрослых женщин, это от киргизского «эйдже», старшая сестра. Сергея, например, называли «байке», старший брат.

С ним согласен и представитель АА из Улан-Удэ. Сразу попросил: «Называйте меня Владиславом. Но так-то я Алексей». Конспирация у анонимных алкоголиков в крови, поэтому мы на всякий случай изменили оба имени. Он рассказывает, что в содружестве АА находится всего три года и два месяца:

– Мне рассказал об организации близкий человек. Не убеждал вступить, просто рассказал про свой опыт. Он к сорока годам совсем спился, превратился в рухлядь. Страдал от зависимости, кодировался, ходил к бабушкам-шаманкам, ездил лечиться к ламам в буддийские монастыри – ничего не помогало. Спасли его только АА. Он и мне донёс весть, что спасение есть, – рассказывает Алексей, то есть Владислав. – Разницы в том, русский или бурят пьёт, нет никакой. Я больше скажу – каждый человек пьёт по-своему. У алкоголиков нет национальности. Алкоголь – это просто химическое вещество. Так что единственная национальная особенность у бурят – молочная водка архи.

Отсутствие каких-то национальных отличий во всемирном алкоголизме подтверждает и сам Солдатов. В Австралии на собрании АА по обслуживанию стран Азии и Океании он познакомился с жителем острова Бали Юдишришаром Амаранди. На вид – нормальный папуас, а рассказывал про свой алкоголизм, как обычный русский алкаш, только в пейзажах тропической экзотики.

– В Иркутске в 2006 году был в гостях Грег Мут – сейчас он генеральный менеджер всемирного офиса АА. Он начал с того, что был алкоголиком на Гавайях, жил на свалке брошенных автомобилей. Когда он приехал к нам, ремонтировался наш зал в психоневрологическом диспансере, и мы сидели во дворе больницы, под тополем, отмахиваясь от комаров с Ангары. Он сказал: «Я счастлив. Совсем как когда я пришёл в АА – на Гавайях мы собирались под пальмой».

Портрет отечественного алкоголика

Трудно судить о портрете отечественного алкоголика по АА – не все стремятся в содружество, осознавая проблему. Возможно, по этой причине в нём всего 2-3% бомжей. Высокий интеллектуальный уровень, правда, тоже трезвости не гарантирует.

– У нас говорят: «Сантехник может быть наставником профессора, большой ум – тоже проблема». Я знаю нескольких профессоров, которых гоняют с работы на работу, как чемодан без ручки. К одному ходил разговаривать в пограничное отделение психушки. У меня был друг, я его с детства знал – он работал главным областным наркологом. Его во время пьянки зарезал собутыльник-пациент, крупный бизнесмен, – рассказывает Сергей Солдатов.

По опыту работы в системе АА он сделал неожиданный вывод – труднее всего терапии поддаются люди с «синдромом учителя», которые уверены, что сами всё про себя и про других знают. Это священники, врачи и преподаватели. Традиционно не удерживаются в АА художники, люди богемы – быстро срываются и уходят «обратно», в запои.

День открытия клуба оказался для него праздничным и не рабочим. По крайней мере, к часу дня, когда клуб по расписанию только открывался, все гости разошлись по своим делам. Пятница неотвратимо вступала в свои права…