У иркутского аэропорта появился клон

Самый доходный региональный актив подарен миллиардеру Троценко

30 марта 2017 в 12:57, просмотров: 5256

У иркутского аэропорта с недавнего времени появился клон. Это предприятие АО «Иркутскаэроинвест», все коды ОКВЭД которого на 100% идентичны видам деятельности АО «Международный аэропорт Иркутск». Внимательное прочтение устава этой так называемой управляющей компании с уставным капиталом в 100 тыс. рублей дает основания утверждать, что создана она для практического полного дублирования функций действующего авиаузла, принесшего чистую прибыль только за прошлый год в размере 400 млн рублей. Таким образом, на скандальной истории с приватизацией иркутского аэропорта можно с уверенностью ставить точку, потому что теперь всей аэропортовой деятельностью в Иркутске будет заниматься клон иркутского аэропорта – компания миллиардера Романа Троценко.

У иркутского аэропорта появился клон
Роман Троценко. Фото с i2.wp.com

Это значит, что все оборотные средства, все расчеты с контрагентами, то есть все финансовые операции, будут осуществляться через расчетный счет компании-клона, а сам аэропорт переведен на так называемую схему процессинга. Эта классическая схема, позволяющая эксплуатировать активы доходных предприятий, оставляя их коллективы практически на голодном пайке, активно использовалась многими олигархами в 90-е годы. К примеру, по такой схеме в свое время работали коллективы Ангарской нефтехимической компании по причине отсутствия собственных источников сырой нефти и «Саянскхимпрома» из-за отсутствия собственных оборотных средств. Но если нефтехимики Ангарска и Саянска были поставлены в условия процессинга по объективным неумолимым обстоятельствам, то в случае с иркутским аэропортом она была выбрана сознательно региональным правительством. Возникает вопрос, для чего и почему?

У правительства, разу­меется, существует версия, которую оно использует для доказательства экономической целесообразности и эффективности данного решения. Однако она не выдерживает никакой критики и вызывает подозрения у большого количества не только экспертов, но и людей, далеких от экономики и политики. Все это позволяет делать весьма нелицеприятные выводы и о данной ситуации, и о перспективах иркутской авиагавани.

Но самое трагичное заключается в том, что практически никто пока не осознал, что с момента регистрации управляющей компании АО «Иркутскаэроинвест», которая на паритетных началах принадлежит властям Иркутской области в лице Корпорации развития и Роману Троценко в лице специально зарегистрированного в Иркутске предприятия «Новапорт Иркутск», в истории иркутского аэропорта началась новая эра. По сути, он уже на процессинге, и, по сути, он уже фактически отрезанный ломоть. Поэтому все эти обсуждения в региональном парламенте, сопровождаемые многочисленными истериками как со стороны депутатов, так и со стороны представителей правительства, не что иное, как сотрясание воздуха, которым можно продолжать заниматься всем, кто желает погреться в лучах софитов во время этой трагикомедии. Роман Троценко своего добился, а Сергей Левченко сделал то, что обещал. Он не продал иркутский аэропорт, он его подарил в обмен на то, что Роман Троценко обе­щал его модернизировать, реконструировать малые аэропорты на севере Иркутской области и подготовить проектно-сметную документацию для строительства нового аэропорта за пределами городской черты, абсолютно бесплатно, из соображений благотворительности.

Именно такая версия на полном серьезе была озвучена Сергеем Левченко и его приспешниками Александром Битаровым и Русланом Болотовым на последней сессии Законодательного Собрания региона, где и вызвала бурю негодования и протеста со стороны депутатов.

– «Новапорт» – это что за компания? Она в последние годы в России скупила 12 аэропортов. Самый крупный из них «Толмачево» в Новосибирске. Кто-нибудь мне может сказать, чтобы было что-то позитивное на слуху, связанное с развитием этих аэропортов? То же «Толмачево» было крупнейшим в Западной Сибири и без «Новапорта». То есть никаких заслуг «Новапорта» здесь нет, – возмущался депутат Александр Балабанов. – И второй вопрос, а каким образом этому господину Троценко удалось столько скупить? У его конкурентов по четыре-пять аэропортов, и они не могут скупить 10-15 аэропортов. Недавно господин Троценко озвучил, что он собирается купить аэропорт Белграда за 250 млн долларов. Это почти 15 млрд рублей. Очень близко к сумме строительства нового иркутского аэропорта. Не думаю, что у него такие безграничные финансовые ресурсы, чтобы можно было обслуживать и развивать сразу 12 аэропортов.

В ответ на эту тираду Левченко, невозмутимо и нагло развалившись в кресле, посоветовал депутату не заглядывать в чужой карман, в данном случае в карман Романа Троценко. Однако апофеозом абсурда стала его вот эта самая речь:

– Мы в 21 веке живем, давайте не будем пытаться все перевести на рыночные рельсы, – пытался, видимо, подвести коммунистическую доктрину под весьма сомнительную сделку с олигархом Левченко. – Я с каждым владельцем нынешних российских аэропортов встречался, наверное, раз по десять и всем им говорил: если вы приходите и решаете вопрос периферийных аэропортов, если приходите и участвуете в пуле по новому аэропорту, мы вам раскроем объятия, и вы будете работать. Ни один, кроме «Новапорта», на эти условия не согласился, все остальные сказали: продавайте аэропорт, – заявил Левченко. – Поэтому это единственный инвестор, который согласился на модернизацию иркутского и на достройку и модернизацию, в первую очередь, усть-илимского и бодайбинского аэропортов.

Почему апофеозом? И почему абсурда? Ну, наверное, потому, что практически все, что в ней сказано, мягко говоря, не соответствует действительности. Судя по всему, открывать свои объятия Левченко никому, кроме Романа Троценко, не собирался.

Во-первых, что касается отказа других инвесторов. По данным МК «Байкал», полученным из весьма информированных источников, зампред правительства Болотов, например, отказался встречаться и обсуждать с представителем компании «Бaзэл» условия инвестирования средств в иркутский аэропорт. Именно потому, что Левченко, кроме своих душещипательных сентенций про раскрытые объятия, не смог привести никаких доказательств отказа других инвесторов от иркутского аэропорта, депутат Балабанов потребовал от правительства предоставить протоколы переговоров с этими потенциальными инвесторами.

– Тема непрозрачная. Почему возникают вопросы? Полтора года мы наблюдаем, как правительство упорно работает с одним инвестором. Понятно, что кто-то, может быть, отказывается, но чтобы этому доверять, хотелось бы знать, какие протоколы переговоров были, – возмущен Александр Балабанов. – Они наверняка есть, потому что, когда власть с бизнесом ведет переговоры, составляются протоколы. Все крупные инвесторы, которые претендовали на аэропорт Иркутска, наверняка провели переговоры с представителями Иркутской области, и есть протоколы.

Во-вторых, из слов Левченко следует, что только Роман Троценко согласился, причем за счет собственных средств, модернизировать усть-илимский и бодайбинский аэропорты. Роман Троценко не мог, вообще не мог согласиться на такое, даже если бы очень захотел угодить губернатору Левченко. И вот почему. Роман Троценко ни заниматься модернизацией этих аэропортов, ни вкладывать в них ни чужие, ни свои средства не может, потому что бодайбинский аэропорт частный и принадлежит некоему ЗАО «Ленсиб». Руководство этого ЗАО «Ленсиб» очень бы удивилось, если бы некий безумный инвестор прибежал бы к ним и начал бы что-то там делать с их собственностью. За свой счет и без их ведома и согласия. И согласия бы своего на такую модернизацию они бы не дали, потому что заподозрили бы жульничество. Усть-илимский аэропорт находится в муниципальной собственности, его бы тоже Роман Троценко поднимать из руин не стал, ибо ни одному здравомыслящему бизнесмену не придет в голову мысль вбухивать деньги в чужую собственность, да еще и муниципальную.

Однако идею модернизации малых аэропортов, несмотря на ее очевидную утопичность, Левченко эксплуатирует с самого начала своего губернаторского срока. Видимо, для того, чтобы запутать людей и переключить их внимание с главного на второстепенное. Чтобы утопить оппонентов в демагогическом популизме. Вот, к примеру, в декабре 2015 года он говорил:

– С небольшими аэропортами в муниципалитетах у нас существуют довольно серьезные проблемы. В аэропорту Бодайбо после дождя невозможно посадить самолет. В Киренске аэропорт находится в состоянии банкротства. В Усть-Илимске до сих пор недооборудованный аэропорт. В некоторых малых аэропортах нет даже 100 тысяч рублей на то, чтобы счистить снег с взлетно-посадочной полосы. Все это напрямую влияет на состояние региональных авиаперевозок и безопасность пассажиров. Я поставил задачу, чтобы мы привели в порядок и централизовали деятельность аэропортов по всей области.

По его словам, малые аэропорты должны быть объединены в областную собственность на базе «Международного аэропорта Иркутск» на взаимовыгодных для правительства и нынешних владельцев нерентабельных аэропортов условиях. «Думаю, нынешние владельцы небольших аэропортов с радостью пойдут на переговоры с нами, потому что, если аэропорт используется один-два раза в неделю, ни о какой прибыли речи не идет. Если же кто-то не захочет объединяться и будет продолжать работать с убытками, мы заставлять никого не будем», — сказал тогда Сергей Левченко.

И вот здесь возникает вопрос: Роман Троценко дал согласие на модернизацию малых аэропортов в регионе еще до того, как был получен отказ от этих активов у их нынешних собственников, или как? Или Роман Троценко такой смешной бизнесмен, который соглашается на все, что предложит ему правительство иркутского региона, даже не просчитывая риски? Что-то не выходит картина маслом у коммуниста Левченко, никак не выходит.

Однако это очевидно не многим, большинство неискушенных слушателей действительно утонуло в популистских заявлениях Левченко и его камарильи, как утонули депутаты Заксобрания на последней сессии, когда на них, выпучив глаза, напирали сразу трое – Левченко, Битаров и Болотов, свалив все в одну кучу: модернизацию аэропорта Иркутска, реконструкцию малых аэропортов Севера, разработку проектно-сметной документации нового аэропорта в Поздняково, который не был построен при трех последних губернаторах и тем более не будет построен при нынешнем. И все это ради одного человека, который, если верить опять же словам трех указанных выше персонажей, вовсе и не бизнесмен даже, а ангел во плоти, благотворитель.

– Ну, занимаются же иногда большие компании благотворительностью. Будем считать, что «Новапорт» оказал спонсорскую помощь Иркутской области, – выдал Битаров неожиданную, но вполне в духе старшего товарища Левченко сентенцию на сессии.

Хочется воскликнуть: господин Битаров, вы это серьезно? Вы сами в это верите?

Впрочем, теперь, когда дело сделано, можно говорить все, что угодно. Создание двух предприятий «Новапорт Иркутск» и «Аэроинвест», когда первое создается для того, чтобы учредить следующее, и нередкие визиты Романа Троценко в Иркутск вряд ли можно объяснить благотворительностью. Тем более что в уставе АО «Иркутскаэроинвест» про благотворительность нет ни одного пункта.

Будущее иркутского аэропорта, к сожалению, предсказать теперь можно без труда. Практика показывает, что процессинг, за редким исключением, всегда заканчивался для его заложников банкротством. Судьба известного предприятия «Саянскхимпром», который был похоронен нынешними владельцами «Саянскхимпласта», к которому перешли все активы некогда гиганта советской индустрии, тому яркое подтверждение. Рождение из всей этой демагогической пены клона иркутского аэропорта – «Аэроинвеста» стало результатом продуктивного сотрудничества озабоченного народными бедами красного губернатора и одержимого благотворительностью олигарха.





Партнеры