СПЧ проверил Иркутскую область на экологическую «вшивость»

Иркутская область игнорирует охрану природы, но старается извлечь из нее прибыль

12.09.2019 в 04:53, просмотров: 6429

В феврале 2019 года в Иркутскую область прибыла представительная делегация Совета при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека (коротко – СПЧ).

СПЧ проверил Иркутскую область на экологическую «вшивость»

Членов СПЧ интересовали самые наболевшие вопросы, в том числе охрана Байкала и неконтролируемый рост числа туристов, проблемы лесопользования и санитарных рубок. В конце августа СПЧ выдал рекомендации по результатам работы. Судя по отчету, который был представлен на суд общественности, правительство Иркутской области сильно недорабатывает. Можно даже сказать, пренебрегает своими прямыми обязанностями.

Впереди планеты всей: 2\3 незаконных рубок

Очень сложна, по мнению Совета, ситуация с лесопользованием. «По данным Минприроды России и Рослесхоза, более 2/3 всех объемов и случаев незаконных рубок в России приходится на этот регион». За два года, с 2016 по 2018, на Иркутскую область пришлось 9,4% от общей площади лесных пожаров в России. Члены СПЧ единодушны в своих выводах: в регионе не обеспечивается требуемый уровень охраны лесов ни от пожаров, ни от разорительных нарушений лесного законодательства.

Федералы делают скидку на недофинансирование. Однако недофинансирование не может служить оправданием неадекватных решений областного правительства. Например, практики массового искажения и сокрытия сведений о лесных пожарах. Или нетушения пожаров в лесах, отнесенных исполнительной властью к «зонам контроля». Это огромные территории на севере, востоке и юго-западе Иркутской области. Власти региона, сами устанавливающие «зоны контроля», включили в них то, чего здесь быть не должно: «значительные площади эксплуатационных лесов, населенные пункты (например, поселки Мама, Ербогачен и др.) и крупнейшие объекты инфраструктуры (БАМ, нефтепровод ВСТО и др.)».

Существующая система воспроизводства лесов в Иркутской области не позволяет сохранять тайгу. Проверяющие отметили крайне низкое качество ухода за молодняком, из-за чего леса не восстанавливаются. А если учесть еще и санитарные рубки, в которых Иркутская область – безусловный лидер среди регионов России (во всяком случае «по масштабам уголовных дел, связанных с нарушениями, допущенными при санитарных рубках»), то дела наши представляются в сплошном черном цвете.

Самыми крупными являются дела, связанные с рубками в региональном заказнике Туколонь и нерестоохранной полосе лесов в Падунском лесничестве. «В обоих случаях рубки проводились с ведома и одобрения руководства органов управления лесами Иркутской области. В обоих случаях санитарные рубки были фактически превращены в коммерческие…» – сообщается в отчете. Члены СПЧ считают, что в настоящее время основную угрозу лесам представляют не самовольные незаконные, а необоснованные санитарные рубки. Иркутская область в этом вопросе отличается от других регионов лишь беспрецедентным масштабом выявленных случаев. А также тем, как эти рубки сказались на экологии: если бы леса были целы, последствия июльского наводнения могли быть иными.

Члены Совета рекомендовали Генпрокуратуре проконтролировать расследование по рубкам в Туколони, за которые арестован бывший руководитель минлесхоза области Сергей Шеверда, проконтролировать соблюдение законодательства при назначении и проведении санитарных рубок в защитных лесах Восточного Саяна в Тулунском, Нижнеудинском и Тайшетском лесничествах. А правительству Иркутской области рекомендовали приостановить все санрубки в Восточных Саянах, исключить наконец из «зон контроля» лесных пожаров те леса, которые в этих зонах быть не должны. Кроме того, следует провести лесовосстановление и инвентаризацию сгоревших лесов.

В приоритете не природа, а деньги

Неудивительно, что при таком отношении к лесам в Иркутской области всего 3% площади занимают особо охраняемые территории – ООПТ. «Это значительно меньше как планов по развитию сети ООПТ России, так и международно признанных норм», – отмечают члены Совета в отчете.

Более того, тормозится развитие и тех охраняемых территорий, которые уже есть. И это при том, что власти региона делают ставку на прибыль от туризма. Разработчики Стратегии социально-экономического развития Иркутской области до 2030 года рассчитывают на 5 миллионов туристов к 2030 году. Но эти планы не учитывают антропогенную нагрузку на окружающую среду и сегодняшнее развитие территорий. Например, в Листвянке, которую называют «воротами в Байкал», лишь 20% населения подключено к локальным очистным сооружениям. Они отсутствуют в большинстве прибрежных населенных пунктов, где массово отстраивается турбизнес. Проектирование и строительство сетей – задача областной власти. Почему она не реализуется? Это тормозит развитие туристической инфраструктуры, снижает возможность потенциальной прибыли как для коммерческих структур и малого семейного бизнеса, так и для областного бюджета в виде налогов. Что это? Недальновидность или простая чиновничья волокита? А может, несмотря на декларации, просто нежелание развивать туризм в регионе?

Проблемы с неопределенностью границ нацпарка, ростом числа туристов, заинтересованность местных жителей и местных властей в получении прибыли «привели к неконтролируемому росту количества туристических баз, гостевых домов и прочих объектов туристической инфраструктуры по всему побережью Байкала в пределах Ольхонского района. Это привело к утрате природоохранного значения многих экологически ценных участков побережья, замусориванию территории, загрязнению и ухудшению состояния воды Байкала», – отмечается в отчете. В Ольхонском районе выявлена схема незаконного предоставления земельных участков, в том числе в границах национального парка, и их дальнейшей перепродажи.

При этом лишь Байкальская межрегиональная природоохранная прокуратура занимает активную позицию в решении этих вопросов, через суд добиваясь сноса нелегитимных объектов туризма. По информации Совета, 90% таких объектов на Байкале нарушают требования природоохранного законодательства. Прокуратура оказывает сопротивление и попыткам изменить границы нацпарка.

А между тем в перечне поручений президента Российской Федерации от 17 августа 2017 года правительству, в том числе Иркутской области, совместно с Минэкономразвития России было поручено «обеспечить установление границ населённых пунктов и лесных посёлков, расположенных на землях лесного фонда и землях ООПТ в границах центральной экологической зоны Байкальской природной территории, в пределах фактически занятой ими территории». Но это важнейшее поручение до настоящего времени не выполнено. С Минприроды России не согласовывался ни один генплан населенных пунктов.

Заказники, которые мешают правительству жить

Власти региона ООПТ вообще не жалуют. Фактически остановилось развитие региональной сети заказников. Особо охраняемые территории регионального значения находятся в ведении различных органов исполнительной власти, не имея единой структуры управления и надзора. Более того, СПЧ указал на ошибочное решение региональных властей, которые передали полномочия по охране 13 природных заказников минлеса Иркутской области. Это привело к значительному сокращению количества инспекторов. «В результате функционирование заказников не обеспечивается вовсе, в пожароопасный сезон усиленное патрулирование их территорий не ведётся, а сами территории не охраняются (инспекторы и егери в основном ходят на работу в лесничества и осуществляют мероприятия по охотничьему надзору в районе), соответственно режим особой охраны нарушается повсеместно». СПЧ считает, что «передача заказников в ведение министерства лесного комплекса создала дополнительную угрозу их целостности и выполнению ими определенных законодательством функций».

Кроме того, в нарушение требований леса заказников в Иркутской области по большей части отнесены к категории эксплуатационных. Общая площадь региональных заказников составляет 775,431 тыс. га, из них в 2016 году 94,5 тыс. га были предоставлены в аренду для заготовки древесины. Туколонь – как раз тот заказник, который пострадал от сплошных рубок на территории более 100 га.

Крайне неблагоприятная ситуация складывается и в других ООПТ. Например, в сентябре 2018 года в заказнике «Лебединые озера» прокуратура приостановила незаконную рубку. Хотя заказник был образован еще в 2014 году, это никак не повлияло на договорные отношения министерства лесного комплекса Иркутской области и юридического лица, которому в аренду под заготовку древесины был передан этот лес. На 2018 год было запланировано проведение там сплошных рубок.

Процесс создания ООПТ регионального значения в Иркутской области сегодня практически остановлен. Как результат, регион перешел с предпоследнего на последнее место в Сибирском федеральном округе по проценту территории, занимаемой ООПТ. Отношение региональных властей к делу охраны природы, мягко скажем, специфическое. Вот ситуация вокруг заказника «Кимильтейский» в долине реки Ока в Зиминском районе, где обитают «краснокнижники», в том числе орел-могильник, чья популяция находится на грани исчезновения: министерство лесного комплекса Иркутской области сообщило охотпользователям Зиминского района, что заказник сократит их охотугодья – после чего охотники от заказника отказались.

В заказнике «Катырминский» Братского района в 2018 году было проведено обследование территории, инициированное администрацией Братского района. Найдены представители флоры и фауны, включенные в Красные книги Российской Федерации и Иркутской области. Это означает, что ООПТ нужно организовывать в приоритетном порядке. Однако территория будущего заказника находится под угрозой вырубки, поскольку в соответствии с Лесохозяйственным регламентом Братского лесничества Иркутской области лесные участки на территории относятся к эксплуатационным лесам, где разрешена промышленная заготовка древесины.

Аналогичная ситуация с природным парком «Витязь» в Шелеховском районе. В результате согласований площадь планируемого парка сократилась с 23 до 7 тыс. га. В него не вошли 5,5 тыс. га территории, покрытой особо ценными массивами коренной тайги. Ученые предложили на исключенных территориях создать памятник природы «Скальники Олхинского плато». Однако создание природного парка застопорилось.

А недавняя ситуация с заводом по розливу воды в Култуке демонстрирует вопиющее отношение правительства и губернатора Левченко к ценным территориям. Несмотря на то, что схемой территориального планирования Иркутской области как раз на месте завода предусмотрено создание природного заказника регионального значения «Таловские озера», правительство региона, за подписью Левченко, согласовывает этот участок под инвестпроект, под промышленное освоение. Отвод земельного участка «произведен в нарушение Федерального закона «О животном мире», заключает СПЧ.

Меньше мусора? Больше мусора!

Еще одна глобальная проблема на территории Иркутской области – обращение с коммунальными отходами. Территориальная схема обращения с отходами, в том числе твердыми коммунальными отходами (далее – ТСОО), утвержденная приказом минприроды Иркутской области от 29 декабря 2017 г. №43-мпр, «не соответствует приоритетам государственной политики».

В ней, сообщает комиссия, отсутствуют «мероприятия и целевые показатели по реализации приоритетных направлений, в частности, по максимальному использованию сырья и материалов и предотвращению образования отходов». В схеме не заложены мероприятия и стимулы для «вовлечения отходов в хозяйственный оборот». То есть правительство области не задумалось о том, как снизить количество отходов, отправить отходы на переработку, внедрить в области экологическое сознание. При общем подходе региональных властей к экологии это понятно: больше мусора – больше денег.

В адрес Совета также поступили жалобы на необоснованно высокие тарифы и нормативы новой коммунальной услуги, утвержденные согласно приказу министерства жилищной политики, энергетики и транспорта Иркутской области от 28 декабря 2018 г. Совет обратил внимание на то, что «утверждены одинаковые нормативы для жителей как многоквартирных, так и индивидуальных домов. Непонятна методика расчета норматива накопления ТКО и формирование тарифа на оказание услуги по вывозу ТКО».

Поэтому СПЧ рекомендовал прокуратуре провести проверку обоснованности утвержденных нормативов накопления ТКО и предельных тарифов на вывоз ТКО в Иркутской области. А министерству природных ресурсов и экологии Иркутской области рекомендовано доработать региональную программу по обращению с отходами и провести корректировку и актуализацию территориальной схемы.

Пока же «мусорный вопрос» в Иркутской области представляет собой бесконечное «катание ваты» по поводу строительства мусорных полигонов и драконовских нормативов для малого бизнеса. Очевидно, что по нормативам и по стоимости вывоза мусора мы, как и по уголовным делам о незаконных санрубках, как и по лесным пожарам, впереди планеты всей. А вот по количеству заказников и по сберегающему природу туризму – позади всей страны. Природоохранные мероприятия в Иркутской области пущены на самотёк: у иркутской тайги нет рачительного хозяина. Областные власти «отмахиваются» от этой темы, как от назойливой мухи. Хотя общеизвестно, что экосистема – штука хрупкая, потеря хотя бы одного природного уголка потянет за собой цепь экологических событий и неминуемо приведет к роковым изменениям. Но, видимо, правительству и губернатору сейчас не до этого. Между тем это то самое дело, которое не терпит отлагательств.