Иркутская область не готова выполнять новый закон о животных

У нас нет ресурса, чтобы его поддерживать

08.05.2019 в 11:25, просмотров: 609

В конце прошлого и начале нынешнего года общественность широко обсуждала перечень пород собак, признанных опасными: первоначальный список таковых сократился с 69 до 13 пород.

Иркутская область не готова выполнять новый закон о животных
Вячеслав Славин.

Но за этими оживленными обсуждениями практически незамеченными остались другие, гораздо более важные части закона «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», принятого в конце декабря. В частности, с начала следующего года начнут действовать те его статьи, в которых идет речь об отлове бездомных животных и их содержании в приютах. Бездомные животные – большая проблема. Однако сегодня Иркутская область абсолютно не готова к применению норм федерального законодательства. О том, почему это так, рассказывает Вячеслав Славин, организатор и руководитель старейшего иркутского питомника «К-9».

Подайте собачкам на пропитание

– Какова статистика? Сколько у нас приютов и сколько бродячих животных?

– В одном только Иркутске сегодня насчитывается более 8 тысяч бездомных собак. Между тем на территории области (даже не города!) официально действует всего три приюта. Это приют при питомнике «К-9», «Ной», усть-илимский «Хатико». Самый большой – наш, хотя его максимальная вместимость не превышает 800 животных. Еще столько же могут принять все остальные – да и то если в каждом вольере будут размещены по 2-3 собаки.

– Но, судя по публикациям в СМИ, приютов куда больше…

– Ну, в Иркутске и Иркутском районе хватает нелегальных приютов. Однако решить существующую проблему с бездомными животными они не помогут, поскольку «заточены» совсем под другую деятельность. Они собирают с людей деньги. Во-первых, эти приюты постоянно «доят» тех добрых людей, которые привезли им, например, бездомную собаку: названивают таким добрякам с требованиями денег на прокорм этой собаки. Во-вторых, просят деньги в социальных сетях: размещают фото содержащихся у них животных с просьбой прислать немного денег на содержание или лечение этих питомцев. И, при должном «продвижении» этих фотографий, деньги начинают поступать со всей необъятной России – пусть понемногу, но в общей сложности «набегает» немало.

Был еще один большой приют на 450 вольеров в поселке Карлук, которому, кстати, и уходили казенные средства на отлов животных. Но пару лет назад его снесли бульдозерами по решению суда – за то, что он работал без правоустанавливающих и правоудостоверяющих документов. Замечу, что факт отсутствия документов долгое время не мешал заведению благополучно проходить регулярные проверки различных контролирующих органов, заключать государственные и муниципальные контракты на отлов и содержание животных и, соответственно, получать бюджетные деньги. Причем очень часто владелец этого приюта не мог корректно отчитаться за полученные средства: согласно его документам, сотрудниками приюта были пойманы тысячи собак, однако увидеть их в вольерах приюта не представлялось возможным.

Главная инновация: усыпление

– Но ведь в Иркутской области существует собственное законодательство, которое регулирует проблему безнадзорных животных.

– Дело в том, что в 2013 году был принят региональный закон «Об организации проведения в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных», который регулирует эту сферу. А в 2016-м в него были внесены изменения. Так, согласно первоначальной редакции, бездомную собаку необходимо было содержать в приюте шесть месяцев и только после этого выпускать назад – пометив и стерилизовав животное. За эти полгода большая часть животных успевала найти себе новых хозяев – к примеру, мы выпускали на волю не более 10-15% от общего числа отловленных.

Однако в 2016-м было решено сэкономить бюджетные деньги – время пребывания животного в приюте сократили до одного месяца, после чего приюты стали получать по 2500 рублей за одну собаку, а не 4500, как раньше. В результате и мы, и другие нормальные приюты вообще перестали заниматься этой деятельностью: ну невозможно за такие деньги отловить зверя, стерилизовать или кастрировать его, да еще и содержать в течение месяца!

Но вместе с данной «инновацией» была принята еще одна: отловленных животных разрешили усыплять.

И это открыло дорогу разным махинациям с бюджетными деньгами. Например, можно было вовсе не заморачиваться с отловом, а отчитываясь за полученные деньги, говорить, что все якобы пойманные животные были усыплены и кремированы. Так, согласно отчетам, сотрудники приюта в Карлуке за два года отловили около 10 тысяч собак и более 9 тысяч из них усыпили. И никто почему-то не задумался, что 9 тысяч собачьих трупов – это почти 60 полных КамАЗов. Где они были кремированы и захоронены? Никто не знает. По-моему, это просто-напросто мошенничество в особо крупных размерах.

Отмечу, что за последние 10 лет в Приангарье на решение проблемы безнадзорных животных было выделено порядка 200 млн рублей бюджетных денег. Конечно, часть их была действительно потрачена на отлов и содержание бездомных животных, но основная сумма просто растворилась в воздухе. Ведь если бы все эти средства доходили до своего прямого адресата – бездомных животных, то этих четвероногих бродяжек на наших улицах и во дворах было бы гораздо меньше.

Без усыпления и мошенников

– А новый федеральный закон изменит положение дел? Как он будет регулировать усыпление безнадзорных животных?

– Да, новый закон очень хорош. Во-первых, он однозначно запрещает произвольное усыпление животных. В 11-м пункте 16-й статьи прямо сказано: «Животных, содержащихся в приютах для животных, умерщвлять запрещено, за исключением случаев необходимости прекращения непереносимых физических страданий нежизнеспособных животных». Другие положения закона также ставят мощные барьеры перед мошенниками: там четко сказано, что процесс отлова безнадзорных животных должен фиксироваться на видео – как и их возврат на прежние места обитания.

Также на каждую собаку необходимо заводить учетное дело, в котором помещается ее фото, указывается, откуда она прибыла, какие ветеринарные и иные мероприятия с ней проводились и, наконец, куда она была передана в итоге (паспортные данные, адрес и телефон нового владельца). Кроме того, контроль за нашей деятельностью теперь смогут осуществлять не только госструктуры, но и волонтеры-зоозащитники. В законе прямо сказано: «Владельцы приютов для животных и уполномоченные ими лица обеспечивают возможность посещения добровольцами (волонтерами) приютов для животных в часы, установленные режимом работы приютов».

– По вашему мнению, все эти меры позволят «отсечь от кормушки» различных махинаторов?

– Да, конечно. Чтобы создать работоспособный приют, нужно потратить годы. Ведь задача приюта заключается отнюдь не в том, чтобы забить вольеры бездомными животными – это ведет лишь к их антисанитарному содержанию. Главная цель таких заведений – находить питомцам новых хозяев. Конечно же в первую очередь это касается домашних животных, от которых отказались прежние владельцы – таких брошенных зверей ни в коем случае нельзя выпускать жить на улицу, а значит, если их никто не «усыновляет», они прописываются в приюте до самой смерти. Точно так же необходимо искать хозяев и для бездомных собак, хотя закон и позволяет возвращать их в привычную среду (если они не отличаются агрессивным нравом) после проведения кастрации или стерилизации, а также маркирования неснимаемыми и несмываемыми метками.

– То есть предполагается, что для исполнения федерального закона в регионах должны быть специализированные приюты, главной задачей которых будет пристройство животных?

– Конечно. Причем разбираться с поступающими в приют животными нужно довольно быстро, ведь на каждое бюджетом выделяется фиксированная сумма – так что, если обитатели приюта будут задерживаться надолго, владельцы заведения рискуют разориться на их содержании. Но чтобы находить новых хозяев для животных, приюту нужна широкая известность и хорошая репутация – эти вещи нарабатываются годами.

Кроме того, поиск новых владельцев для животных подразумевает приведение этих животных в «товарный вид». Согласитесь, мало кто согласится взять к себе домой тощую, облезлую, больную и блохастую собаку – а значит, приют должен ее отмыть, вылечить, что тоже требует немалых денег.

– Мы возвращаемся к тому, с чего начали наш разговор: в Иркутской области, несмотря на широкое движение зоозащитников, мало приютов. Получается, что всю эту работу нужно было вести годами – для того, чтобы в следующем году исполнить долгожданный федеральный закон.

– Именно об этом я и говорю. Так что Иркутской области нужно не ждать начала следующего года, когда положения закона вступят в силу, а уже сейчас начинать жить по-новому. Только тогда есть шанс.

Фото предоставлены Вячеславом Славиным.