Жители области объединяются против отходов БЦБК

18 сентября в Иркутске пройдут общественные слушания

12.09.2018 в 07:31, просмотров: 543

Создан «Байкальский центр гражданской экспертизы»,  участники которого намерены решать те проблемы, которые не решаются десятилетиями. В первую очередь и первым делом это проблема отходов БЦБК, решение которой, несмотря на пять активных лет, снова оказалось в самом начале, в исходной точке. До второго Водного форума активисты центра намерены поднять эту проблему в общественном пространстве.

Жители области объединяются против отходов БЦБК
Фото: baikal-novosti.ru

В учредительной декларации обоснованы, впрочем, и другие проблемы, требующие незамедлительного решения: коммунальные стоки растущей популяции населения вокруг Байкала, незаконная застройка туристическими и жилыми объектами, рост байкальской флотилии - все это уже привело к плачевным изменениям уникального байкальского биоциноза, деградации окружающей среды, обмельчанию рек, впадающих в Байкал. Но проблема  отходов БЦБК сегодня стала показательной – в негативном смысле, поскольку она по какой-то причине не решается даже при наличии ресурсов.

Подписанты декларации подчеркивают, что во многих случаях даже не происходит поиска способов их решения. Теряется драгоценное время, и если не начать эту работу сейчас, что-то исправить через годы невнимания уже не получится никогда.

Вновь учрежденное общество видит свою основную задачу в том, чтобы искать, находить пути решения и решать накопленные проблемы озера.

Областная общественная организация создана общественными деятелями, учеными, юристами, экспертами для широкого обсуждения проблем озера Байкал и поиска путей их решения. Среди ее учредителей Игорь Бычков, академик РАН, научный руководитель ИНЦ СО РАН, Гелий Жеребцов, академик РАН, научный руководитель Института солнечно-земной физики,  Юрий Коренев, председатель Общественной палаты Иркутска, Дмитрий Кузаков, генеральный директор ПИИ «ИркутскЖилгорпроект», Александр Гимельштейн, главный редактор, издатель газеты «Восточно-Сибирская правда» Александр Савинок, адвокат, управляющий партнер адвокатского бюро «Савинок и партнеры», Марина Соколова, издатель газеты «Московский Комсомолец-Байкал»,  Юрий Фалейчик, который является председателем правления ИООО «БЦГЭ».

БЦБК: а воз ядовитых отходов и ныне там

18 сентября 2013 года в Байкальске прекратил работу целлюлозно-бумажный комбинат, в этот день сразу половина комбинатского персонала была уволена. Казалось бы, с предприятием, которое десятилетиями служило главным пугалом для экологии Байкала, покончено. Но проблемы только начинались. Кроме неизбежных социальных, одной из главных стала утилизация отходов БЦБК. Она не решена до сих пор, несмотря на поручение президента и федеральные деньги, которые под это нашлись. Именно этой проблеме будут посвящены общественные слушания, которые пройдут в Иркутске 18 сентября, спустя пять лет после того, как комбинат-монстр был закрыт.

Чем занимался БЦБК?

Выпускали на заводе преимущественно целлюлозу – один из экспортных товаров нашей страны. Но продукция БЦБК была предназначена по большей части для нужд отечественной авиационной и оборонной промышленности – целлюлоза применяется в ракетостроении, в том числе для МБР «Тополь» и «Булава».

Предприятие строилось с 1961 года для обеспечения нужд военного авиастроения целлюлозным шинным кордом. Распоряжением Совета Министров РСФСР от 12 марта 1965 года № 658-р принято предложение Иркутского облисполкома об отводе в постоянное пользование Байкальскому целлюлозному заводу для производственных целей земельного участка площадью 180 гектаров из земель гослесфонда в Муринском лесничестве Слюдянского лесхоза.

Однако пока завод построили, технология в авиапромышленности изменилась, корд стал металлическим. Тогда советское правительство в 1964-1965 годах решило ввести в действие мощности по производству целлюлозы, бумаги и картона, создаваемых на базе импортного оборудования, на Байкальском целлюлозном заводе.

Фото: baikal-novosti.ru

ОАО «Байкальский ЦБК» был единственным в России участником рынка целлюлозы сульфатной вискозной. Из неё делают волокно, обладающее феноменальной теплостойкостью и устойчивостью к механическим воздействиям. Именно из этих волокон изготавливаются обтекатели ракет и ряд других покрытий в изделиях для авиационной и ракетно-космической отрасли.

В 2008 году БЦБК по требованию Росприроднадзора приостановил выпуск белёной целлюлозы и перешёл на выпуск менее рентабельной небелёной целлюлозы с использованием технологии замкнутого водооборота, которая полностью исключает выброс даже очищенных стоков в озеро. Но вскоре производство приостановили, комбинат стал наращивать долги. В 2013 году он закрылся. Всего за годы работы БЦБК накоплено 6,2 млн тонн отходов.

Проект N1: Омоноличивать нельзя оставить

Закрытие БЦБК мировая общественность – за исключением самих байкальчан, оставшихся без работы, – приветствовала бросанием чепчиков. Теперь БЦБК следовало обезвредить -- утилизировать отходы в картах-накопителях. Огромные залежи лигнина нужно было убрать побыстрее, ибо каждые сорок лет в этих краях сходит сель. Последний сошел в 1971-м. Соответственно, следующий должен вот-вот подоспеть…

До закрытия комбината проблема отходов находилась на втором плане. После того, как отгромыхали митинги новых безработных, именно она гипнотически замерцала в поле общественного зрения.

По итогам проведения конкурса на реализацию мероприятия по ликвидации негативного воздействия отходов БЦБК был заключен контракт с ООО «ВЭБ Инжиниринг» (структурой «Внешэкономбанка»), которое еще в 2013 году разработало свой проект – это был первый проект, который утвердил в нашем словаре термин «омоноличивание». Именно на омоноличивании была построена программа утилизации: очистка надшламовых вод, омоноличивание шлам-лигнина и золошлаков, хранящихся на двух полигонах комбината, с последующим захоронением под слоем плодородного грунта. Проект рекультивации рассчитывали на шесть лет.

Губернатор на демонстрации технологии. Фото: baikal-info.ru

В 2014 году с «ВЭБ Инжинирингом» заключили контракт. В апреле проект был отправлен на доработку по результатам заседания Общественного совета по вопросам охраны окружающей среды при областном правительстве и Общественного совета при территориальном управлении Росприроднадзора. В мае в Байкальске состоялись общественные слушания проектных решений.

Еще тогда, в 2014 году, на общественном совете участники заседания настоятельно рекомендовали разработчикам провести сначала опытно-промышленные испытания.

К концу июня 2014 года проект должен был получить заключение экологической экспертизы, еще через месяц – вердикт Главгосэкспертизы России. При положительном заключении можно было бы начинать работы. Но экспертиза не поддержала проект -- только три эксперта из 14 дали положительное заключение, остальные дали отрицательное. Таким образом, проект загнулся, не успев начаться. Местное научное сообщество аплодировало экспертам стоя. Проект «ВЭБ Инжиниринга» в регионе много критиковали.

Впрочем, «ВЭБ Инжиниринг» был настойчив и каким-то образом прошел процедуру со второй попытки. Но в 2016 году вскрылись нарушения, и за дело взялась Генпрокуратура РФ, которая потребовала новый проект, а старый завернула как создающий «условия для деградации и полного уничтожения уникальной экологической системы Байкальской природной территории».

Призрак бродит…

Призрак провалившегося проекта «ВЭБ Инжиниринга» еще долго витал по Иркутской области, внушая неоправданные надежды. Витал до самого последнего времени.

В июле 2016 года комиссия регионального правительства активизировала научные исследования в наших институтах. Нащупали два метода: смешать лигнин с золой или же с известью, цементом, мраморной крошкой, чтобы получить камнеобразный монолит. Но ничего не вышло, монолита не получилось. Поэтому власти начали поиски нового полководца, который бы смог возглавить экологический крестовый поход против шлам-лигнина.

В августе 2017-го президент Путин утвердил перечень поручений по итогам совещания по вопросам экологического развития Байкальской природной территории, и первым в списке из 12 поручений стоят злосчастные отходы: правительству РФ «обеспечить в полном объёме выполнение мероприятий по ликвидации последствий негативного воздействия отходов, накопленных в результате деятельности открытого акционерного общества «Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат», предусмотрев финансирование этих мероприятий за счёт бюджетных ассигнований федерального бюджета на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов, и определить единственного исполнителя работ по ликвидации последствий такого воздействия.»

По предложению Министерства природных ресурсов и экологии России, которым тогда руководил Сергей Донской, полководцем была выбрана «Росгеология». Компания была задействована в решении подобных вопросов в Арктике. Конкурса не проводили, «Росгеологию» выбрали путем использования механизма единого поставщика услуг.

В августе специалисты «Росгеологии» сообщили прессе, что их предприятие намерено провести «конкурс рецептур»: фактически конкурс технологий, судить которые будет общественная комиссия при правительстве Иркутской области. Но уже через месяц «Росгеология» презентовала на первом Водном форуме свой проект, миновав, по-видимому, «конкурс рецептур». И это – о чудо! – снова был проект омоноличивания, преобразования шлам-лигнина в нетоксичный материал. Проект был на двоих – «Росгеология» вступила в деловые отношения с ИрНИТУ, который до того работал с «ВЭБ Инжинирингом», разрабатывая для них технологию омоноличивания.

Работать проект «Росгеологии» должен был так:

«Технология, предложенная специалистами компании, подразумевает изъятие отходов из карт-накопителей комбината с последующей их переработкой в передвижном комплексе с добавлением вяжущих материалов, инертного минерального материала, золы, а также так называемых усилителей прочности. Затем полученную субстанцию предполагается пропустить через реактор термолиза, на выходе разработчики ожидают получить активированный уголь, который, в свою очередь, будет использован для фильтрации надшламовой воды».

Невозможен к исполнению

Общественные слушания в ноябре 2017 года прошли в не очень оптимистическом ключе. Экологи поставили проект под сомнение. А бывший главный эколог закрытого БЦБК Николай Алдохин, знающий всю подноготную карт-накопителей, сообщил, что если потревожить карты, то мало ли что вылезет: например, сероводород, наличие которого предложенная технология не учитывает. Сероводорода там огромный объем – в среднем 10 мг на литр.

Пока суд да дело, заказчик -- министерство природных ресурсов и экологии Иркутской области -- и АО «Иркутскгеофизика», управляемое «Росгеологией», 22 декабря 2017 года заключили контракт на выполнение работ по ликвидации отходов ценою почти в 6 млрд руб. Около 80 процентов финансирования – федеральные деньги. Выполнить контракт подрядчик должен до 2020 года.

Однако проект, который фактически достался "Росгеологии" к исполнению от "ВЭБ Инжиниринга", был ранее забракован Генпрокуратурой, которая нашла в нем несоответствия природоохранному законодательству. Она-то и побудила региональное министерство создать техзадание на корректировку проекта и заключить дополнительное соглашение с подрядчиком.

В 2018 году и сам подрядчик объявил, что проект омоноличивания невозможен (!) к исполнению. «Росгеология» посчитала, что на Байкал придется завозить критически огромное количество материалов, очистные и железнодорожная ветка не работают, а областные власти не оказали подрядчику достаточной поддержки и даже кое в чем ввели в заблуждение исполнителя.

Исполнение поручения президента оказалось под угрозой срыва. При этом правительство области сохраняло хорошую мину при плохой игре. Общественность полагала, что все идет своим чередом.

Так продолжалось до тех пор, пока благодаря общественности не выплыло наружу, что отходы БЦБК из Байкальска хотят увозить. Фактически общественность, которой никто и не думал раскрывать карты, провела детективную работу, сопоставив факты и выяснив, что отходы БЦБК планируют вывезти из Байкальска предположительно в Моты, где и состоится их торжественная утилизация, то бишь рекультивация.

Однако мотовцы ни за что не соглашались принять на своей территории неизвестно что: ведь, как ни крути, на сегодняшний день совершенно не ясно, что и как будут делать с отходами БЦБК. Договор заключен на старый проект по омоноличиванию. В дополнительном соглашении об омоноличивании не сказано ни слова, зато прописано, что карты будут освобождены, отходы - вывезены. Там же сказано, что сначала подрядчик обязуется провести исследовательские работы.

Сегодня на картах-накопителях идут исследовательские работы. Фактического проекта, годного к исполнению и безопасного, в природе не существует…

МК-ВОПРОС

Привлекались ли иркутские ученые к разрешению проблемы отходов?

«В научном споре учёных Лимнологического института СО РАН и Иркутского политеха (ИрНИТУ) о том, чья технология по утилизации отходов БЦБК лучше, очевидно, может быть поставлена точка», -- сообщила «Восточно-Сибирская правда» в феврале  2017 года. К этому моменту ИРНИТУ разработал технологию омоноличивания лигнина с помощью цемента – ту самую, по заказу «ВЭБ Инжиниринга». Лимнологи предлагали свою технологию: высушить опасные отходы, смешав их с золой.  Полгода до этого региональные власти выясняли, чья технология лучше. Но так и не выяснили. А в феврале губернатор Сергей Левченко заявил, что «проекты, сделанные за четыре года, никуда не годятся», и по его губернаторской просьбе начали уже искать третью организацию, которая, цитируем агентство «Интерфакс», «представит новую, уже опробованную в России технологию рекультивации». 

Мнение

Сегодня мы подошли к тому, о чем экологи говорили  давно: нужны новые исследования. К примеру, Марина Рихванова, известный эколог, еще несколько месяцев назад, когда все воодушевленно обсуждали скорое начало работ по БЦБК, в интервью «МК Байкал»  высказалась вполне конкретно.

Марина Рихванова. Фото: 5-bal.ru

- Как вы считаете, на сегодняшний день что в сухом остатке мы имеем по БЦБК? Вы видите какое-то реальное движение к решению проблемы шламонакопителей?

-- Мне кажется, что сегодня никто точно не знает, что делать. Нужны какие-то коллективные усилия. Нужно чтобы «Росгеология», которая выступает исполнителем по проекту, заказанному администрацией области, не варилась в своем соку. Нужны специалисты, которые свежим взглядом посмотрят на ситуацию.

-- Значит, все надо начинать сначала?

-- Тут семь раз отмерь, один отрежь. Вот, к примеру, вопрос: если емкости освободить, что с ними будет? Что с ними делать дальше? Об этом никто не думает.

Осушить отходы как болото?

ИРНИТУ предложил «Росгеологии» новый проект

В конце августа специалисты инновационно-технологического центра ИРНИТУ предложили новую технологию: электроосмос, метод, который  в советское время применялся для осушки болот.

Виктор Кондратьев, руководитель инновационно-технологического центра ИРНИТУ:
 

— Задача, которую мы решаем, научно-практическая — оторвать воду от шлам-лигнина, ведь влажность шлам-лигнина 90%, это значит, что в кубометре — 900 килограммов воды.

Смысл метода в том, что через массу отходов пропускается ток, благодаря чему масса деструктурируется, вода отделяется от твердого осадка.

В середине августа началось изучение состава отходов в картах-накопителях. Первые образцы доставили в лабораторию. Исследования метода электроосмоса  начались только 20 августа.

На Солзанском полигоне компания «РГ-Экология» (дочка «Иркутскгеофизики», управляемой «Росгеологией») проводит опытные работы. Планируется, что их результатом станет новая технология, которую «Росгеология» предложит министерству природных ресурсов и экологии Иркутской области.