Кладбище надежд: почему защита наследия в Иркутске напоминает спекуляцию

Репутация защитников подмочена политическими амбициями и бизнесом

21.05.2020 в 08:06, просмотров: 1070

В теории из всего можно извлечь быструю и гарантированную выгоду, даже из старой гнилой «деревяшки», главное – ее правильное расположение на местности.

Кладбище надежд: почему защита наследия в Иркутске напоминает спекуляцию
Фото: tayga.info.ru

Располагаться она должна в центре города, в пределах зоны, объявленной заповедной. И тогда ее можно разыграть в какой-либо хитроумной схеме, политической или экономической. Конечно, в одиночку сделать это тяжеловато. Рядовому гражданину – так и вообще невозможно. Нужны хорошие «тылы» и «отряд авангарда», нужно и «прикрытие с флангов». Хорошо, если личные, если не сказать корыстные интересы будут выглядеть чем-то более благовидным, общественно полезным. В этом случае можно рассчитывать, что если тебя и заподозрят в корысти, то упрекнуть в открытую постесняются. Разве что деликатно напомнят о конфликте интересов. Как произошло, например, у экс-вице-мэра Иркутска, а ныне общественника и предпринимателя Дмитрия Разумова.

И в «ПИР», и в «РИП»

У общественника Разумова конфликт интересов налицо – он и возглавляет общественную организацию по сохранению наследия, и входит в общественный совет при Службе по сохранению исторического наследия, а заодно владеет несколькими фирмами, деятельность которых интересным образом сопрягается с общественной нагрузкой. Например, его фирма «РИП» разбирает здания, а фирма, название-перевертыш которой читается наоборот – «ПИР» (у Дмитрия Валерьевича там 60% влияния, согласно уставному капиталу) – занимается работой с древесиной, строит здания. Его ООО «Шинэ» имеет основным видом деятельности работу гостиниц, а дополнительно тоже строит здания и разбирает их. Есть еще ООО «Рабочая», где доля Разумова – 40%, «ОООшка» строит здания и выступает генподрядчиком.

Чем же конкретно эти фирмы занимаются? «ПИР», к примеру, в 2016-2017 году выполнил пять госконтрактов АО АРПИ – агентства развития памятников, которое сохраняет историческое лицо Иркутска. Все они – на объектах наследия. Успешно ли идет работа? Должно быть. Хотя в судах – несколько дел «ПИРа». АРПИ, к примеру, пытается взыскать с подрядчика задолженность, пени и проценты по договору от 2016 года, всего более полутора миллионов рублей. «Востоксвязь» взыскивала арендную плату, оплату за электроэнергию и услуги охраны. К ООО «Рабочая» подан иск на полтора миллиона от Росимущества. В общем, все как у людей, дело идет.

Естественно, что при таком коммерческом бэкграунде к Дмитрию Разумову как к общественнику возникают разные вопросы – они просто не могут не возникать. Общий посыл этих вопросов не лишен основания. Так, иркутянка Валентина Ленденева, жительница того же околотка, где живет в восстановленной усадьбе Винтовкина сам Разумов и где ведется строительство деревянных теремков для богатых, обвинила Разумова в том, что он посягнул на землю, которой пользовалась ее семья, и, используя суд, «выдавливает» ее из собственного дома.

Его возможной личной заинтересованностью пользуются также и те, с кем общественник-коммерсант Разумов вступил на тропу войны. Например, когда иркутская общественность выступила в защиту дома доктора Рассушина на бульваре Гагарина, Дмитрий Разумов подал в суд от лица общественной организации. Судебное дело было выиграно. Однако те, с кем он сражался, выступили в СМИ с разоблачительной информацией: представитель компании «Новый берег», которой не позволили снести дом, выразил сомнение в том, что Разумов действовал бескорыстно, и настаивал на том, что тот, «защищая в суде объект, преследует исключительно корыстные цели». Алексей Кренделев напомнил также, что гендиректор разумовского ООО «ПИР» Лариса Гурова еще в 2013 году была соавтором научно-исследовательской работы, в которой оспаривается ценность дома Рассушина: авторы, в том числе Гурова, приходят к выводу, что объект нет необходимости включать в реестр памятников. Кроме того, Кренделев прямо заявил, что Разумов предлагал «Новому берегу» свои услуги – и, видимо, ему было отказано, после чего он провел операцию под кодовым названием «Так не доставайся же ты никому!»: по утверждению Кренделева, предметом коммерческого предложения была малоэтажная застройка. Сам Разумов ответил на это, что он предлагал всего лишь услуги по включению объекта в реестр памятников. Но по зрелом размышлении – зачем собственнику нужны услуги по включению здания в реестр памятников? Ну, если он, конечно, не мазохист, который желает испытать полную гамму удовольствий, ожидающих его в этом случае – в памятник, как известно, лишний гвоздь без согласования вбить нельзя.

Фото: yandex.kz
Кстати, именно на такую судьбу обрекло государство Валентину Ленденеву – ее дом ни с того ни с сего был признан памятником, и теперь она должна вложить в него огромную сумму, чтобы вернуть его в состояние «как было» (при царе Горохе, очевидно).

 

Много стульев без ничего

В общем, сидеть на двух стульях – общественника и предпринимателя в смежных сферах – дело трудоемкое. Но при хорошем навыке все возможно. Есть ли у Дмитрия Разумова такой навык?

Скажем, что у него есть опыт работы в самых рискованных сферах. Начинал он, уроженец Свирска и выпускник нашего Сибирско-американского факультета ИГУ, в нефтянке в бурных 90-х. Работал в «Glencor International AG», начальником отдела региональных программ в «Сиданко», руководил советом директоров компании «Ангарскнефтепродукт», входил в руководство «Хабаровскнефтепродукта», «Братскнефтепродукта», «Бурятнефтепродукта». С 1999 по 2004 годы трудился не покладая рук директором по стратегическому развитию и социальным вопросам Санкт-Петербургского морского порта. Затем занимался в Питере общественной и политической деятельностью, в частности работал при депутатах и даже возглавлял там ныне почившую политическую партию СЕПР – «Социалистическая единая партия России», был смещен с поста руководителя решением генсовета партии. В 2007 году был рекомендован на пост председателя иркутского отделения «Справедливой России». Его рассматривали тогда как перспективного политика.

Его чиновничья карьера поскакала вверх на Псковщине: 2007 год – советник губернатора Псковской области, 2008 год – председатель комитета по инвестициям, 2009 год – председатель Государственного комитета по транспорту и связи. А в 2010 году – заместитель министра жилищной политики, энергетики, транспорта и связи Иркутской области при губернаторе Мезенцеве (вероятно, они были еще питерские знакомцы).

И вот в Иркутской области что-то не задалось – иначе как объяснить быстрое понижение до поста вице-мэра Иркутска при тогдашнем мэре Кондрашове. Напомним, что во времена Мезенцева в Иркутскую область нагрянули несколько деятелей из Пскова – экс-министр имущественных отношений Михаил Карасев, при котором окончательно просели тепличное хозяйство «Искра» и автоколонна 1880, братья Асадчие, которые возглавили автоколонну и разорили ее, за что были осуждены – а заодно и наш герой, в сопредельное министерство.

Пониженный до вице-мэра Дмитрий Разумов развернулся на старине – инициировал создание АРПИ, которое попыталось соединить в едином порыве старину и инвестиции. В это же время он присмотрел и себе усадебку – деревянную, в самом центре, построенную купцом Винтовкиным. И начал ее реставрировать – за собственные средства. По 2012 год Разумов трудился в городе. Как раз в этот период администрация Кондрашова щедро раздавала земельные участки, как выразился портал «Бабр», «под самые причудливые виды застройки».

Правда, в 2013 году госслужба позвала его в Ленинградскую область, где ему предложили высокий пост. Однако, как пишут инсайдерские источники, у него не сложились отношения с вышестоящими чиновниками, он был понижен, а в 2014 году службу оставил. И снова приехал в Иркутск, с 2015 года начав вести бизнес, «сопряженный» с культурным наследием. По некоторым источникам, он хотел занять должность директора Службы по сохранению наследия. Видимо, этот вывод был сделан из «активностей» бывшего вице-мэра, который в 2016 году вдруг появился в публичном поле, призвав общественников и реставраторов региона «добиться назначения руководителя областной службы по охране объектов культурного наследия». Но сам он предлагал, впрочем, другого кандидата. Если прикинуть, то для бизнеса это однозначно было бы лучше – свой человек в нужной структуре. 

В жертву амбициям?

Вместе с тем он не оставлял и политических амбиций. Об этом свидетельствует, к примеру, последняя неудачная попытка баллотироваться в мэры Иркутска.

Не исключено, что желая вписаться во власть, он и начал свою общественную деятельность – как раз накануне депутатских выборов. За полгода до этого, в феврале 2018 года, была зарегистрирована та самая общественная организация, которую сам Дмитрий Валерьевич то и дело называет «Наследием». Однако ее официальное название – «Иркутская городская общественная организация содействия охране и защите памятников истории и культуры города Иркутска». На выборах в думу Иркутска Разумов шел кандидатом по 20-му округу – это самый центр города.

Через полгода после регистрации организация выигрывает 500 тысяч президентского гранта. И в рамках гранта проводит нечто, что официально было названо «уличной выставкой, посвященной утраченным объектам архитектуры»: 50 деревянных крестов с фотками пропавших зданий, воткнутые в свободное пространство рядом с Преображенской церковью, как раз на одномандатном округе № 20. Сколько же денег было потрачено на это? Интересно, что существование «кладбища утраченных зданий» под солнцем этого мира охватывало недлинный промежуток как раз предвыборного времени, с мая по сентябрь. Незатейливый вывод о предназначении гранта каждый может сделать для себя сам.

На тех выборах Дмитрий Разумов «продул». Так же, как и на выборах в мэры, куда заявился вместе с другими 29 кандидатами. И, может быть, не надо было ему на них вообще ходить? История с домиком Валентины Ленденевой, обратившейся к главе региона Игорю Кобзеву с жалобой на кандидата, снова выплыла на свет как раз в разгар предвыборной кампании. Более того, вокруг имени Разумова поднялись волны, которые затронули и других людей, клиентов (например, главного раввина, приобретшего жилье в квартале деревянных новоделов возле усадьбы Винтовкина), а также тех, кто занят в сфере сохранения наследия, так или иначе сотрудничающих с Дмитрием Разумовым – ну хотя бы членов общественного совета при Службе сохранения наследия, который чуть было не распустили. Они, крупные специалисты в своем деле, досконально знающие исторический Иркутск, оказались вдруг «в поле» репутации дилетанта (даже и в формальном смысле), любителя поработать со стариной себе не в убыток, возводя новоделы. Амбиции экс-мэра придают благородному делу защиты старины оттенок спекулятивный, что на руку как раз тем, кто хочет от этой старины избавиться, отстроив на ее месте бизнес-центры и дорогие многоэтажки. Они, эти дельцы, вполне могут сказать, формируя общественное мнение: а вы на Разумова посмотрите и на всех, кто с ним – он идет в суды ради собственной выгоды, и остальные, значит, тоже. И сможет ли Дмитрий Валерьевич доказать обратное, убедить горожан, что это не так? Большой вопрос.