Соседка помогла ангарскому сироте вернуть жилье

Органы опеки забыли, что у Артема Харманова есть законные «метры»

10 октября 2017 в 10:10, просмотров: 2300

Добро по умолчанию всегда побеждает зло только в сказках. В реальной жизни – или не всегда, или вообще не понятно как. На днях в Ангарске в результате цепи нелепых совпадений внезапно удалось вернуть законное жильё круглому сироте. В последних числах сентября 18-летний сирота Артём Харманов вошёл наконец в свою отдельную комнату в коммунальной квартире. А началась эта история несколько лет назад и не имела к подростку никакого отношения – просто владелицы двух других комнат устроили свою небольшую бытовую войнушку. Когда начинали кипеть страсти, никто вообще не догадывался о существовании Артёма…

Соседка помогла ангарскому сироте вернуть жилье
Артём со Светланой Пейпан на кухне родной коммуналки. Фото автора

«Воронья слободка»

Эту комнату 53-летняя ангарчанка Светлана Пейпан купила в сентябре, а появилась на пороге своего нового жилища в начале октября 2013 года. Ее комната располагалась в одном из старых домов, построенных в самых первых кварталах города нефтехимиков – блоковая двухэтажка на один подъезд невразумительно-жёлтого цвета. Вся квартира – три отдельные комнаты в один ряд плюс общая кухня и совмещённый санузел. Первое, что увидела Светлана, зайдя в квартиру, – свою новую соседку Елену Бояркину. Светлана приобрела комнату №1. Елена жила в комнате №3, но выходила в тот момент почему-то из комнаты №2. Вскоре это и стало основной темой конфликта.

– Бабушка, которая продала мне комнату, предупредила: «Осторожнее с этой девушкой». Я Елену попросила освободить мне место на кухне, чтобы поставить холодильник, а та заявила: «Тут две моих комнаты – значит, всё остальное тоже моё», – вспоминает недолгое сожительство Светлана.

Недолгое, потому что буквально через пару недель, не потерпев строптивого соперничества, Елена с жилплощади съехала, а обе комнаты стала сдавать. Комнатушка в коммуналке – жилище не самое престижное, поэтому парад портретов её временных обитателей тоже не претендовал на галерею интеллектуалов с высокими моральными принципами. Сначала в комнате №2 поселилась молодая парочка, которая постоянно злоупотребляла алкоголем, на этой почве скандалила и устраивала рукопашные бои по всей квартире. В результате они разворотили ванную и свернули кран в кухне.

Потом заселилась молодая женщина с сожителем, недавно освободившимся из заключения. К весёлым застольям и неудержимым дракам добавился мелкий криминал – Светлану Пейпан два раза обворовали. Она терпеть этого не собиралась – обращалась в полицию, увещевала хозяйку «нехороших комнат» выгнать буйных жильцов и сделать ремонт мест общего пользования после нанесённого ими ущерба. Бояркина меняла жильцов, но тепла это в отношения между двумя совладелицами квартиры не добавляло.

Светлана вывела конфликт на официальный уровень. Она последовательно подала жалобы в УК «Центр» и городскую администрацию. В обоих местах ей в помощи отказали, посоветовав обращаться в полицию.

– В ЖЭКе (Пейпан так по привычке называет управляющую компанию – авт.) мне знакомая рассказала, что вторая комната вообще не принадлежит Бояркиной – в ней прописан какой-то сирота…

Битва за коммуналку развернулась в этом старом доме. Фото автора

Суд да дело

И упрямая женщина стала выяснять, кто жил в комнате № 2 изначально. И от соседей по подъезду узнала, что несколько лет назад там проживала семья Хармановых. И они прописаны в комнате №2 до сих пор, хотя фактически давно и безвестно отсутствуют.

В 2016 году Пейпан написала заявление в ОП-1 УМВД по Ангарску, требуя признать соседку Бояркину виновной в незаконной сдаче внаём чужой жилплощади, то есть в самоуправстве – статья 330 УК РФ. Первый блин оказался комом. Сотрудники полиции опросили сестру Елены Бояркиной, Анастасию. Оказалось, что маленькая комнатушка №3 вообще-то принадлежит их отцу Роману Михайловичу по договору социального найма, но в данный момент ею, Анастасией, оформляется в собственность. Иногда к ней приходит в гости сестра Елена, и из-за тесноты она вынуждена ночевать в соседней пустующей комнате №2. О том, что в спорном помещении стоит их мебель, а в дверь врезан их замок, Анастасия не упомянула.

Был вынесен отказ о возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления. Но Пейпан проигрыш в войне признать отказалась и стала искать истинных хозяев пограничной территории между комнатами № 1 и № 3. Выяснилось, что прямой наследник, несовершеннолетний сирота Артём Харманов, находится в Тулуне. Тогда он обучался в ПУ № 4 после выпуска из местного детского дома. Светлана позвонила директору детского дома и сообщила, что у сироты есть жильё в Ангарске, на которое претендуют третьи лица.

«Какое ещё жильё в Ангарске? – неподдельно удивился директор. – Артём стоит в льготной очереди под № 28, ему будет предоставлена жилплощадь в селе Гурам Тулунского района». И снова неугомонная Пейпан не отступилась. Она написала новое заявление, на этот раз в прокуратуру. В нём она вывалила кучей все свои жалобы на соседку, но прокуратуру заинтересовала только одна деталь – судьба сироты.

По обращению Пейпан была проведена прокурорская проверка. Суд по гражданскому иску №2-1400-2017 к администрации Ангарского городского округа состоялся 4 апреля 2017 года. Прокурор города Ангарска, действуя в интересах несовершеннолетнего Артёма Харманова, потребовал признать его право пользования жилым помещением по договору социального найма. Исковые требования суд удовлетворил. До совершеннолетия и вступления в право пользования Артёму оставалось ровно два месяца. Сам он ничего не знал о том, что его квартирные интересы защищают в суде.

Артём Харманов. Фото автора

В статусе бомжа

Восемнадцать Артёму исполнилось 9 июня. 12 июня он навсегда покинул Тулун, в котором провёл всю сознательную жизнь. Приехал в родной Ангарск, где прожил три первых года в доме малютки. Когда-то Мать мальчика, Виктория Харманова, приехала в город нефтехимиков из деревни Одинск, устроилась дворником и получила служебное жилье. Жила без мужа, с сестрой. В 1999 году родила ребенка, но не забрала его из роддома. А вскоре пропала из квартиры в неизвестном направлении.

В Ангарске вернувшийся Артём успел хорошо гульнуть с такими же детдомовцами, как он, пожить в съёмной квартире, потерять все сиротские деньги и документы, попасть в полицию – ибо друзья-детдомовцы разнесли съёмную квартиру. А через месяц Артем обнаружил себя сидящим на лавочке в шортиках, вьетнамках на босу ногу, с паспортом в руках, без каких-либо планов на будущее и безо всяких перспектив. Короче говоря, в статусе бомжа. Неделю он жил на лавочке около школы-интерната № 7. Его подкармливали, иногда пускали переночевать приятели из детдома. Потом его заметила воспитатель интерната Татьяна Еремеева и за руку привела в ангарский общественный фонд «Семьи детям», занимающийся социализацией выпускников детских домов.

– Я знал, что в Ангарске у меня есть жильё – в Тулуне в детском доме документы потеряли, но одна воспитательница мне часто повторяла: «Запомни, Артёмка, адрес в Ангарске – 61-11-2. Это твой дом», – рассказал наследник комнаты в коммуналке. – Я заходил туда, когда приехал в Ангарск, но та женщина (он имеет в виду Елену Бояркину – авт.) сказала мне: «Документы на квартиру есть? Нет? Ну и иди отсюда».

К счастью, фонд «Семьи детям» развивает в Ангарске институт наставничества над сиротами. Судьбой Артёма занялись сразу несколько общественников – к ним сразу примкнула Светлана Пейпан. Они наконец-то встретились. Парню восстановили документы и занялись вселением его в коммуналку. Сегодня все права Артёма Харманова на комнату №2 по адресу: Ангарск, 61-11-2 восстановлены, и сейчас он уже завозит мебель, которую ему опять же собирают общественники – с миру по табуретке.

Осталось добавить, что во время уборки в комнате Бояркиной нашли целую пачку расписок о сдаче жилья внаём за шесть тысяч рублей в месяц – документальные доказательства того, что Елена Бояркина так упрямо отрицала.

Вместо хэппи-энда

Можно было бы закончить на этом, если бы не оставалась пара мелких вопросов. Первый – скорее эмоциональный и риторический: насколько этично поведение Елены Бояркиной? Оно было бы просто некрасивым, если бы она была обычным частным лицом. Но на протяжении всей войны со Светланой Пейпан Бояркина заявляла соседям, что она работает в полиции, поэтому ей ничего не будет – и отказ в возбуждении уголовного дела тому свидетельство. По нашим данным, Елена Бояркина действительно является действующим сотрудником одного из подразделений УМВД города Ангарска.

Второй вопрос – чисто практический. Остаётся непонятым, почему судьбой сироты Харманова занимались посторонние ему Пейпан, воспитательница интерната Еремеева, прокуратура, общественники и администрация Ангарска – то есть все подряд, кроме тех, кто должен этим заниматься согласно своим прямым профессиональным обязанностям. А именно ангарское межрайонное управление Минздравсоцразвития, опеки и попечительства.

И одна занятная деталь напоследок. 8 августа 2017 года в ответ на запрос активной общественности заместитель начальника управления Минсоцразвития по городу Ангарску Елена Джугашвили выдала справку №5051 о том, что Артём Романович Харманов, относящийся к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, «сохраняемого жилого помещения на территории Ангарского городского округа не имеет».

Между тем, как мы помним, суд, признавший право Артёма на жильё именно на территории АГО с адресом 61-11-2, состоялся за четыре месяца до этого. Более того, договор №94 о социальном найме жилья по этому адресу был заключён между Артёмом Хармановым и администрацией АГО за месяц до выдачи этой справки – 4 июля. Вполне возможно, что ангарский отдел опеки и попечительства до сих пор уверен, что Артём ждёт предоставления ему льготного жилья в Гураме, отдалённом посёлке Тулунского сельского поселения…




Партнеры